Logo art-mozaika
Группа в контакте Группа facebook

Интервью 

Гибридный мир Владимира Васильева

Гибридный мир Владимира Васильева

24 сентября 2012 г.


«Васильев Владимир Hиколаевич впервые заявил о себе громким криком утром, около 11 часов, во вторник, 8 августа 1967 года, и с тех пор еще ни разу не умер, хотя шансов было около десятка.В три с половиной года отец научил меня читать, и я навсегда потерялся для прогрессивного человечества, ибо с тех пор читаю фантастику, только фантастику и ничего, кроме фантастики», — рассказывает о начале своего жизненного пути один из самых известных на просторах СНГ писателей. Он стал творцом целого вымышленного мира, привлекающего тысячи земных «туристов».

Где же находится эта фантастическая обитель, куда читатель может совершать путешествия, не выходя из дому? Как найти туда дорогу? Читайте дальше!

В дозоре гармонии

Вы работали вместе с Сергеем Лукьяненко над известным фантастическим романом «Дневной дозор». Как вам пришла идея создания этого произведения? И как родился ваш плодотворный творческий союз?

— С Сергеем Лукьяненко мы начинали примерно в одно и то же время, прошли достаточно много семинаров. Мы оба пришли из клубов любителей фантастики, и интересы у нас были сходные. Естественно, что мы сдружились. Делились друг с другом планами, обменивались написанными текстами, обсуждали их. Когда начали издаваться, читали уже изданные книги; «Ночной дозор», во всяком случае, я прочел уже в изданном виде. Прочел, закрыл книгу, сел к компьютеру и написал то, что позже стало прологом ко второй части «Дневного дозора». Разумеется, этот отрывок я вскоре показал Сергею, но поначалу он не проявил заметного интереса, поскольку был поглощен очередным проектом (по-моему, он как раз писал «Холодные берега» и «Близится утро»). Однако, когда через несколько лет стало понятно, что написание «Дневного дозора» неизбежно, Сергей вспомнил и об этом отрывке, и вообще о моем отношении к миру «Дозоров» (я сразу принял сторону Темных, но видел их далеко не такими монстрами, как описано в «Ночном дозоре»). Первоначально вообще был план написать «Дневной дозор» в шесть рук: Лукьяненко, я и Ник Перумов. Но Ник не сумел выкроить время, поэтому Сергей пытался привлечь Леонида Кудрявцева. Однако и Леонид не смог, и в итоге недостающую третью часть мы с Сергеем решили просто написать вместе. Так и сделали. Технически каждый из нас написал по одной части, а в третьей, совместной, мы просто свели две различные сюжетные линии к общему финалу. По-моему, получилось достойно.

В популярной серии фантастических романов о «Дневном», «Ночном» и «Сумеречном» «дозорах» воплощена философская концепция равновесия добра и зла, света и тьмы. Как же тогда объяснить появление «диких» в вашем известном романе «Лик Черной Пальмиры»? Кто они — злая сила, нарушающая этот баланс, или просто подростки, не сумевшие направить в правильное русло свои мистические способности?

— Скорее всего, и то, и другое. Очень часто тот, кто сначала кажется нарушителем равновесия, в итоге служит именно ему. Да и вообще, как сказал один очень старый и мудрый инок: «Важно не равновесие — важна гармония».

Фома неверующий
Верите ли вы как писатель-фантаст в существование параллельных измерений и инопланетных существ? По-вашему, в других галактиках космос обитаем?

— В первое — скорее нет, чем да; во второе — скорее да, чем нет. В существовании инопланетных форм жизни и разума нет ничего необычного и мистического, космос огромен и бесконечно многообразен. Если существуем мы, если на нашей планете зародилась и эволюционировала до разума одна из жизненных форм, значит, где-то еще другая жизненная форма способна проделать схожий путь. Другое дело, что из-за космических расстояний с инопланетянами мы (да и наши потомки тоже), скорее всего, никогда не встретимся.

В наше время появилось множество знахарей, экстрасенсов, предсказателей. Как вы считаете, есть ли на самом деле люди, обладающие сверхспособностями, т. е. реальные ведьмы, колдуны, или это все дань современной моде?

Никаких мистических способностей у людей, нет и никогда не было, иначе эти способности были бы давно описаны, классифицированы, взвешены, измерены и заняли бы подобающее место в ряду естественных наук. И ими бы пользовались так же интенсивно, как сегодня пользуются двигателями внутреннего сгорания и ультракоротковолновой связью.

Необратимая катастрофа

Вы начали писать в очень юном возрасте. О чем был ваш первый рассказ?

— Приключения тел в далеком космосе. Юным любителям фантастики положено писать именно об этом.

Вы начали творческую деятельность в «лихие» 90-е. С вашей стороны это было мужественное и благородное решение в период всеобщего кризиса дарить людям фантастику. С какими трудностями вам как начинающему автору пришлось столкнуться в эти непростые годы? Ведь многие писатели бросали в то время любимое дело.

— Вообще-то я начал писать в застойные 80-е. Но трудности были одинаковы — что в застой, что в лихолетье: почти полная невозможность издаться и заработать этим. Правда, в середине 90-х все изменилось просто в одночасье. И зря вы мне приписываете какой-то героизм: я писал просто потому, что мне это нравилось. Нравилось не только писать — играть в футбол, к примеру, нравилось не меньше. Так все и вертелось: работал на книжном рынке (а до того — на железной дороге), а в свободное время то футбол, то рок-музыка, то фантастика. А когда одно из этих дел стало кормить, причем куда лучше книжного рынка и железной дороги, остальные я просто оставил и сосредоточился на нем.

В вашем популярном романе «Ведьмак из Большого Киева» планету покрывают огромные мегаполисы, в которых живут маги, эльфы, орки, гномы, вервольфы, но основную опасность представляют механические чудовища, которые время от времени рождаются в технологических недрах городов. Это поединок между природным и «прогрессивным» путем развития человечества или преддверие техногенной катастрофы?

— И опять я вас вынужден разочаровать: никакого особенного философского подтекста в мир Большого Киева я не вкладывал. Вообще я его выстроил в основном с целью поместить действие в необычный антураж: с одной стороны техногенный, а с другой — мистически-фэнтезийный. И я был далеко не первым, кто использовал подобный гибридный мир.

Грозит ли человечеству техногенная катастрофа?

— Она не грозит, она уже произошла. Земля изменена необратимо, просто большинство людей не в состоянии это ни понять, ни заметить, а от тех, кто в состоянии, большинство просто отмахивается.

Замкнутый круг
Вы обладатель семи литературных премий. Какая из них стала для вас наиболее ценной?

— Семи, говорите? Надо будет запомнить. А самой ценной, конечно же, стала екатеринбургская «Аэлита». Четверть века назад я впервые приехал на фестиваль в тогда еще Свердловск молодым, азартным и только-только влившимся в клубное фэн-движение. Я к тому моменту уже успел кое-чего написать и, конечно же, тоже мечтал подняться на эту сцену. Только практически в это не верил. Но жизнь рассудила по-своему. Спасибо ей за это.

Для вас писательский труд — это призвание или возможность выплеснуть на бумагу накопившейся в душе эмоциональный опыт?

— К сегодняшнему дню это не более чем уже порядком надоевшее занятие, которое вдобавок совершенно перестало приносить деньги. Скорее всего, вы беседуете с бывшим писателем. В последние 15 лет мне приходилось писать больше, чем требовало естество, и достаточно часто совсем не о том, о чем писать по-настоящему хотелось. Хотя есть у меня подозрения, переходящие в уверенность, что через годик-другой я заскучаю и снова начну что-нибудь писать. Опять в естественном ритме и опять в стол, как много лет назад. Круг замкнулся в полном соответствии с законами жизни.

Над каким произведением сейчас работаете?

— Прямо сейчас заканчиваю свой «Дозор», только само слово «Дозор» в названии фигурировать не будет. Можно считать, что это продолжение истории героев «Пальмиры».

Факты

Владимир Васильев — один из самых известных русскоязычных фантастов современности. Пишет с начала 80-х годов прошлого столетия. Публикуется с 90-х. Издано более 50 сольных книг; также есть литературные труды в соавторстве — с Анной Ли, Сергеем Лукьяненко, Александром Громовым. Переводился на польский, болгарский, немецкий, итальянский, чешский, японский языки.

На 2009 год вышло более 100 книг (в том числе за рубежом) и ряд публикаций в коллективных сборниках; кроме того, увидели свет мультимедийные компакт-диски с текстами, фотографиями и любительскими треками, а также сборники аудиокниг.

Лауреат таких литературных премий, как «Звездный мост», «Большая Урания», «Малая Урания», «Бронзовая улитка», и др.

Живет и работает в Москве. Часто бывает в городе, где родился, — Николаеве.


 

 
 

Автор: Лариса КИРИЧЕНКО

Шура: жизнь взаймы

Многие из украинских меломанов давно не видели выступлений этого артиста, не слышали его песен в радиоэфирах и не читали интервью в прессе. Но я уверена, что при первом же упоминании его имени сразу все всплывет в памяти: и строчки из песен, и лучшие дискотеки 90-х, и сумасшедшие наряды, и казалось бы не совместимая с вокалом шепелявость.

Зверь по умолчанию

Приехав из Таганрога в столицу с 700 рублями в кармане, простой парень Роман Билык не то чтобы не планировал становиться знаменитым. Он просто не думал, что все может произойти так быстро…

Новая Зара

На Востоке не дают случайных имен, и ее имя — Зара — переводится с арабского как «золото». Родители певицы предполагали, что мужчине, который будет с ней рядом, очень повезет. Впрочем, в числе счастливчиков оказались и мы — зрители и слушатели: восточная красавица с бездонными глазами, чарующим голосом, грациозными движениями и плавными речами на каждом своем выступлении буквально очаровывает публику!

Лилия Ребрик выйдет из декрета через месяц

Телеведущая выписана из роддома вместе с малышкой. 

Мозаика

 
Арт-мозаика

© 2011-2018 "АртМозаика". Все права защищены.

Копирование, публикация, распространение материалов сайта разрешается с письменного разрешения редакции.